Процесс

Ликвидный актив

Ликвидный актив
Текст: Галина Лихачева/ Анастасия Завозова Иллюстрации: Жека Любов/ Bangbang studio Недавний арест коллекционера Руди Курнивана за попытку продажи поддельного вина — только вершина айсберга, как считают обманутые покупатели. Омерта, заставлявшая индустрию молчать, нарушена. Марсель Шассей, один из самых известных парижских коллекционеров, иногда грустит по старым временам. В 80-х, говорит он, за 500—1000 франков (100—200 $) можно было купить ящик Romanee-Contiе прекрасного старого миллезима — просто для себя и друзей. Теперь это не так просто: каждая бутылка такого вина стоит тысячи долларов. То, что знатоки вкладывают деньги в тонкие вина и охотятся за известными марками великих лет, ясно давно. Но винные индексы, растущие с конца 80-х годов, успешно пережившие мировые катаклизмы 90-х и взрыв «технологического пузыря» 2000?х, одними из первых оправившиеся от последнего кризиса, повернув вверх уже в середине 2009, превратили их в настоящий инвестиционный инструмент. Как любой растущий рынок, винный привлек внимание массы людей, готовых вложить в него деньги, но никогда ранее не занимавшихся виноделием. Их кошельки, как медоносные цветы, привлекли специалистов-экспертов, которые начали создавать новую инфраструктуру: рейтинговые агентства, индексы, медиа. Но на сладкий запах денег новоявленных «винвесторов» на винный рынок потянулись и другие «участники» — мошенники и фальсификаторы. Глубокий корень Как вино — спутник цивилизации, так и подтвержденные документально жалобы на его качество — практически современник письменности. Еще знаменитый древнеримский историк Плиний Старший жаловался, что «даже знать не может быть уверена, что вино, которое подают на стол, настоящее». Фальсификаторы в то время либо могли выдать за дорогое фалернское вино какое-то дешевое пойло, либо под видом качественного продавали вино, так сказать, «оздоровленное» с помощью молока, горчицы, пепла или даже свинца. История продолжалась и в Средние века, когда бордосцы не давали возможности гасконцам провозить виноград по Гаронне мимо своего города до тех пор, пока весь урожай Бордо не будет продан, и вдобавок заставляли их смешивать свои виноматериалы с ронскими. В эпоху Просвещения английские естествоиспытатели делали шампанское из яблок, а «бордо»  из терновых ягод. Но их коллеги из Нового Света подошли к теме намного более системно, выпустив в 1857 году целую книгу — руководство по подделкам импортного алкоголя: от шампанского до пива и коньяка. Не случайно практически в то же время во Франции стала формироваться система классификации вин по регионам происхождения, а в Англии подделка вин впервые была запрещена законодательно. Lege artis Рынок изысканных вин очень похож на рынок изящных искусств. Его объекты хранятся годами в специальных условиях, защищенные от прямых солнечных лучей, дурного глаза завистников и посягательств злоумышленников. По-настоящему ценные образцы продаются через крупнейшие аукционные дома. Винная индустрия, в свою очередь, обогатила изящные искусства термином «винтаж». Неофиты, попавшие на биеналле или выставку современного искусства, бывают сбиты с толку потому, что некоторые арт-объекты можно спутать с мебелью, посетителями или местом общего пользования. Материал, стиль, техника исполнения произведения не имеют ничего общего с его ценой, и не всегда очевидно, почему работа уходит с аукционов за миллионы долларов. В сфере изысканных вин стоимость отдельных бутылок достигает сотен тысяч долларов. Несмотря на существующие константы, системы оценок предельно субъективны, поэтому очень многие пытаются претендовать на звание винных экспертов. И только единицы действительно разбираются в вине. Четыре года назад обозреватель журнала Food & Drinks Летти Тиг разыграла своих друзей-коллекционеров, устроив дегустацию Chateau Mouton Rothschild 1982 года. На самом деле в бутылке из-под настоящего мутона, купленного за 1200 $, находился ассамбляж Sorella из винограда, выращенного в американском штате Вашингтон. Лишь некоторым из гостей-знатоков аромат мутона показался странным, но ни один из них не усомнился в подлинности, а многие признали его вином вечера. А полгода назад журнал Wine Advocate рассказал о том, как Роберт Паркер ходил на дегустацию поддельных вин. Устраивал дегустацию некий Уильям Эджертон, у которого в руках оказались 12 магнумов старого бордо. Среди образцов фигурировали Mouton Rothschild 1945, Cheval Blanc 1947, Lafleur 1947, Latour 1961 и Petrus 1961. Паркер подтвердил, что все вина оказались отъявленными фальшивками, однако довольно высоко оценил их. Дочь Эджертона констатировала в своем блоге: «Придется признать: одним из лучших вин в моей жизни был поддельный мутон 1945 года». Любители живописи могут припомнить, что после смерти отца Питер Брейгель-младший копировал некоторые его популярные работы для продажи. Никто, однако, не назовет эти копии фальшивкой, скорее наоборот, при наличии провенанса, доказывающего авторство Брейгеля-сына, копия сегодня запросто может обойти оригинал в цене. Так может, манипуляции с винами тоже этакие безобидные шалости и предмета для беспокойства нет?
Высокотехнологичные способы защиты оригинальной продукции, придуманные на сегодняшний момент Невидимые чернила: часть этикетки печатается специальными чернилами, которые на вид никак определить нельзя, но достаточно просветить этикетку ультрафиолетом, чтобы увидеть скрытую надпись и убедиться, что она подлинная. А Chateau d’Yquem использует для этикеток специальную бумагу с водяными знаками, которые видно, если рассматривать бутылку на просвет. Специальный клей для этикеток, который приклеивает этикетку к бутылке абсолютно намертво, и ее нельзя аккуратно отклеить. «Пузырьковая метка»: французская компания Prooftag наносит между капсулой и горлышком бутылки каплю из гелеобразной субстанции с пузырьками воздуха внутри. Их расположение неповторимо, и достаточно установить себе на смартфон специальное приложение, чтобы любую бутылку можно было просканировать и определить ее подлинность. Такой способ защиты использует Chateau Margaux. Микропринтинг: в этикетку впечатывается миниатюрный код с чипом или лазерным кодом, который потом можно просканировать и убедиться в том, что этикетка подлинная. Похожий чип используется в паспортах и водительских правах нового образца. Нет чипа — значит, вино поддельное. Такой защитой пользуется, например, Petrus. Пробка-usb: пробка бутылки представляет своего рода флэшку. Верхняя часть вынимается, вставляется в компьютер, и покупатель узнает, подлинное ли вино. В саму пробку встроена небольшая микросхема, которая разрушается, когда вино вскрывают. ДНК-паспорта: некоторые виноделы просят генотипировать свои вина, чтобы на случай возникновения сомнительных бутылок они могли бы сравнить ДНК имеющегося вина с ДНК оригинала.
Заговор молчания Честно говоря, в узком кругу производителей и коллекционеров долгое время считалось, что лучше бы его не было. Виноделы, торговцы и коллекционеры тонких вин свято соблюдали омерту: чтобы не скомпрометировать все хозяйство или уровень компетенции аукционных экспертов, подозрительную бутылку либо признавали «вариантом нормы», либо, при возможности, быстренько заменяли на аутентичную. Французский кавист, не пожелавший, чтобы его имя получило огласку, рассказал забавную историю, приключившуюся с ним несколько лет назад. Он купил бутылку Petrus 1982 года и продал ее английскому коллекционеру. Тот ознакомился с провенансом и отправил ее в замок Петрюс для «переодевания»: обновления этикетки и колеретки. Но при горизонтальной дегустации вин Petrus, где участвовала эта бутылка, было обнаружено, что в ней нестандартная пробка. Дело чуть не дошло до суда, но семья Муэксов, владельцев шато, заявила, что в 1982 году у них не хватило фирменных пробок и они заказали недостающие второпях, лишь бы вовремя укупорить вино. В результате бутылка была перепродана на 30 % дороже, так как появился дополнительный провенанс, подтверждающий ее подлинность. Кое-что, конечно, просачивалось наружу. В 2002 году Халеда Руабаха, бельгийского негоцианта арабского происхождения, застукали за доливом старых бутылок. По закону это возможно при соблюдении нескольких условий: долив производится в самом шато силами его сотрудников, вино берется того же миллезима, эксперты подтверждают правильность процедуры сертификатом. Но г-н Руабах доливал в бутылки что хотел, где хотел и в гордом одиночестве. Когда против него возбудили дело, он заявил, что это обычная практика во всех старых хозяйствах, а старые вина, если их не «омолаживать» с помощью более поздних миллезимов, просто невозможно пить. Не на того напали Шум на весь мир поднял в 2006 году американский энергетический магнат и коллекционер Уильям Коук, обнаруживший, что его коллекция из более чем 40 000 бутылок содержит контрафакта на 4 млн $. Одним из источников такого количества фальшивок стала афера, о которой рассказал журналист Бенджамин Уоллес в книге «Уксус для миллиардеров». Главным ее фигурантом стал немецкий негоциант Харди Роденшток, а косвенно замешаны оказались эксперт аукциона Christie’s Майкл Бродбент и даже винный гуру Роберт Паркер. Мы уже писали, как мошенники попались на гравировке инициалов Томаса Джефферсона с помощью электрической бормашины, которой в XVIII веке не было и в помине. Что до сих пор остается тайной, так это масштаб аферы Роденштока. Другим источником сомнительных бутылок Коука стал бизнесмен дальневосточного происхождения Руди Курниван, известный под прозвищем «мистер 47» за свое пристрастие к Cheval Blanc 1947 года. По легенде, этот человек впервые попробовал вино, будучи 25 лет от роду, а уже к 30 годам стал крупнейшим коллекционером, закупаясь на 1 миллион $ ежемесячно. Скрыть масштаб фальсификаций на этот раз оказалось невозможно ни по объективным причинам, ни по субъективным. Дело в том, что Коук — довольно специфическая личность: в течение 20 лет он судился со своим братом-близнецом за контрольный пакет акций в своей компании и отсудил-таки его. Обнаружив фальшивки в собственном погребе, он решил засудить сразу всех: аукционистов, владельцев и производителей, не поддаваясь на предложения заменить бутылки и даже выплатить компенсацию. Наняв армию бывших агентов ФБР, он, например, выяснил, что настоящее имя Курнивана — Чжень Ван Хуан. «Я покупаю много произведений искусства и много вина и хочу, чтобы все знали: если меня захотят надуть, я достану любого», — сказал Коук в интервью журналу Wine Spectator. И достал-таки. В начале марта плейбой-коллекционер Курниван был арестован ФБР, правда, не по делу Коука, а за попытку продажи поддельного вина на сумму 1,3 млн $. Дело в том, что месяцем раньше с аукциона редких и дорогих вин, который провели совместно калифорнийская компания Spectrum Wine Auctions и лондонская Vanquish Wine Ltd., из-за обнаруженных ошибок в надписях на этикетке и неправильного оформления капсулы были сняты три лота. Все несоответствия были обнаружены вовсе не экспертами аукционных домов, а бдительными коллекционерами. Подозрительные лоты были предоставлены неким Антонио Кастаносом, который в прошлом был торговым агентом у Руди Курнивана. А при обыске в доме последнего были обнаружены материалы, используемые для подделки винных бутылок.
Оригинальная рецептура Из книги «Производство и фальсификация алкоголя», США, 1857 г. Формула №1 Шампанское К 40 галлонам готового сидра добавить: 3 фунта кускового сахара; 2 унции виннокаменной кислоты; четверть кварты дрожжей; 3 галлона чистой воды; 4 галлона 15%-го спирта. Смесь оставить на 10 дней, затем профильтровать и разлить по бутылкам, если заиграет. Если смесь не заиграла, профильтровать, добавить кислоты и повторить процесс. Разлив по бутылкам, положить в каждую кусочек белого сахара размером с горошину, закупорить пробкой, замотать проволокой и покрыть фольгой на манер бутылки шампанского. Формула № 15 Кларет К 40 галлонам готового сидра добавить: 6 галлонов портвейна; 8 галлонов воды; 2 фунта винного камня; 1 фунт кускового сахара; сок 10 лимонов. Выдержать 12 дней, затем подкрасить соком свеклы, процедить и отфильтровать.
Щит и меч «Некоторые аукционисты действительно считают, что публичность историй с фальшивым вином может разрушить рынок», — утверждает директор международного винного департамента аукционного дома Sotheby’s Серена Сатклифф. Она согласна, что проблема фальсификации стоит все более остро, особенно в США и в странах Дальнего Востока. Производители не сидят сложа руки. В их арсенале — ДНК?маркировка, химический анализатор под названием «электронный язык», новые технологии производства и маркировки бутылок, использование ускорителей элементарных частиц для определения возраста стекла. Однако, новые системы маркировки — это, скорее, страховка на будущее. Chateau Mouton Rothschild, например, гравирует информацию на донышках бутылок новых урожаев. А вот генеральный директор Chateau Lynch-Bages, наоборот, считает, что через 20—40 лет, когда сегодняшние вина приобретут реальную ценность, появятся технологии, которые позволят обойти все сегодняшние меры предосторожности. Тем не менее факт озвучивания проблемы и осознания ее масштабов уже заставил продавцов и покупателей внимательнее относиться к проблеме подлинности, что само по себе создало дополнительные проблемы для фальсификаторов. А коллекционер Мишель Шассей считает, что раз уж вы занялись вином, делайте хорошенько свою «домашнюю работу»: учите историю, умейте отличать подделки от оригинала. По его словам, ему неоднократно пытались «впарить» фальшивые вина, и спасало его только доскональное знание предмета. Например, на этикетках многих знаменитых вин есть определенные знаки: крохотные точки, черточки, закорючки, причем разных цветов, которые кажутся случайными, но на самом деле являются своего рода «паролями» для специалистов. Как правило, их несколько — для надежности. Мошенники их не воспроизводят. Они думают, что это типографский брак. Вехи времени 1. В 1982 году изменилась технология производства винных бутылок (отличие заключается в фабричном шве на донышке). Бутылку, сделанную после 1982, отличить гораздо проще, чем сделанную до. Поэтому стоит найти старую бутылку, залить туда любую бурду, подделать пробку и этикетку, и определить ее подлинность будет гораздо сложнее. 2. До 1970-х гг. большая часть вина продавалась в бочках, а бутилировали и закупоривали его уже сами торговцы. Поэтому часто на пробках даже очень дорогих вин старых винтажей могут встречаться названия торговых фирм, которые их бутилировали. 3. С 1960 года, после наземных и воздушных испытаний ядерных бомб, все продукты на Земле обзавелись новым элементом — радиоактивным цезием-137. По счастью, в ничтожных количествах. Его присутствие или отсутствие в вине можно выявить на специальном спектрометре. Именно так несколько лет назад было доказано, что вино в партии бутылок Chateau Margaux и Petrus 1900, которые продавались по 3000 евро за штуку, было произведено в 60-ые годы ХХ века. Оставила свой след и чернобыльская катастрофа, что дает еще одну точку отсчета для определения возраста вина. 4. При бомбардировке ионами атомы элементов, из которых состоит стекло бутылки, испускают характерное рентгеновское излучение. В зависимости от того, какие вещества использовались при изготовлении стекла, можно установить его возраст. Например, с 1920 по 1957 годы для придания стеклу зеленого цвета французские стеклодувы использовали марганец, который добывали в Марокко, тогдашней колонии. После признания независимости Марокко производители бутылок стали использовать хром. 5. Французские виноделы старшего поколения с гордостью рассказывают, как дурили немцев во время Второй мировой войны. Оккупанты вывозили французские вина сотнями тысяч бутылок в неделю, и виноделы считали своим долгом подсовывать им всякую дрянь, просто переклеивая этикетки. А элитную продукцию они старались припрятать. Поэтому к винам урожаев военных лет стоит относиться с повышенной осторожностью. 6. После эпидемии филлоксеры в середине XIX века в мире стали появляться ящики фальшивого бордо с поддельными этикетками. Ведь спрос на вино остался на прежнем уровне, а настоящего вина практически не было.

- автор SWN -



                          

- ВЫШЛО ИЗ ПЕЧАТИ -

cover.jpg

- ВИНО НЕДЕЛИ -

Barolo, Aldo Conterno, 2005

ПОДРОБНЕЕ

НОВОСТИ